 |
<<
Семнадцать мгновений Вейдера
Глава XVI. Летопись одного поединка
Знать цель, к которой мы стремимся – это рассудительность;
достигнуть этой цели – верность взгляда;
остановиться на ней – сила;
попасть далее цели – дерзость.
Ш. Дюкло.
- Прошу сюда, господин Скайдример уже ожидает вас.
Невероятный шок от слов официанта заставил кровь в жилах заледенеть.
Надо же, какая похожая фамилия! Скайдример? Мечтающий о небесах? Чуть повернув голову, он бросил осторожный взгляд на посетителя ресторана. Полноватый мужчина в сером костюме высокомерно посматривал на швейцара, неторопливой походкой продвигаясь к зарезервированному столику, где уже сидел этот самый Скайдример – еще один крупный толстячок из подвида «чиновник имперский обыкновенный». Такому только о небесах и мечтать…
Понятно, деловая встреча в дорогом столичном ресторане. Принято к сведению и забыто.
А может, он сделал глупость, позволив себе второй раз придти сюда? В теории у него вообще не должно быть слабостей. Ан нет, слабости есть, и время от времени выползают наружу. Иначе, какого хатта он ищет в том самом ресторане, где пару месяцев назад встречался с Мон Мотмой.
Но и глупости нужно совершать с умом.
Поэтому он заведомо выбрал именно этот столик у окна, откуда открывался превосходный обзор всего пространства ресторанного зала и большей части террасы. Если что-нибудь случится, он будет способен в два прыжка преодолеть расстояние до балкона. На посадочной площадке внизу его ждет собственный спидер, к тому же снабженный хитроумной сигнализацией.
Ерунда. Ничего не случится. Все пойдет по-прежнему, и завтра он отправится на Фондор.
- Желаете что-нибудь еще?
- Да… чашечку кафа с альдераанским коньяком, прошу вас. Есть у вас такой?
- Безусловно, господин, - раздался чуть уязвленный голос в ответ.
«А во Дворце Императора этот редкий коньяк втихомолку называют «таркиновским». Какой там древний мудрец, ситх его возьми, рассуждал о временах и нравах?»
Напыщенный официант на секунду заглянул в прозрачно-синие глаза клиента. С виду – самый обыкновенный мужчина лет сорока, высокий, стройный, в темном костюме отличного покроя. Еле заметная седая прядь в коротко остриженных светлых волосах и пристально-насмешливый взгляд из-под полуприкрытых век. Судя по тяжелому кольцу с печаткой – один из кореллианских промышленников средней руки. Привыкший показушно сорить деньгами в столице Империи.
Никаких ассоциаций с мрачным Лордом Ситхов этот человек не вызывал.
Немного вальяжно откинувшись в кресле, он держал чашечку тонкой работы левой рукой. Правая свободно покоилась на колене под столом. Хотя на расстоянии метра биопокрытие имперского протеза было практически неотличимо от настоящей живой ткани даже для наметанного глаза, он счел возможной видеосъемку высокого разрешения и поэтому не желал выставлять искусственную руку напоказ. Лишняя примета – лишние проблемы.
«А ведь не будь Силы, даже сам Палпатин не узнал бы меня сейчас. Он-то помнит наивного мальчишку, а не...»
Не того, кого он вчера видел в зеркале. Лицо, с которого полностью исчез отпечаток былой юношеской мягкости. Только жесткие, острые черты, пара шрамов и... первые седые волосы.
Почему?
Один из двух единственных во всем гигантском государстве шаттлов, которым разрешалось почти что безалаберно кружить над императорским дворцом, не опасаясь быть сбитыми системами противовоздушной обороны, обогнул посадочную площадку номер сигма-девять и плавно соскользнул вниз. Второй идентичный этому шаттл принадлежал самому Императору.
Вейдер испытал странное желание – задержаться на трапе корабля и каким-то крохотным, несуществующим мгновением отгородиться от визита в обитель старшего ситха.
«Страх, Энекин? Нет, не тот это страх... Но ты все равно должен ступать прямо, твердо, стремительно и не задумываться ни на миг. Вот так, да... Лорд Вейдер не может позволить себе стоять наверху трапа и раздумывать о том, как его встретит драгоценный повелитель, ситх бы его побрал».
Лестница, коридор, еще лестница. Красные пятна императорских гвардейцев колят глаза. Надоели-то как. Лифт, зал, снова ступеньки.
После беспинских событий повелитель отказался выйти с ним на связь. Вернее всего было предположить, что Палпатин уже и так был осведомлен обо всем случившемся от своих людей, а доклад Вейдера оставил на десерт. Этакий мастерский расчет на проверку эмоциональной устойчивости младшего ситха
Двенадцать гладких ступенек к покоям Императора. Одна, вторая, третья...
Вейдер не решился второй раз тревожить сарлакка в его яме – того и глядишь, сам свалишься с зыбучей дюны. И не зря. Когда «Экзекъютор» спокойно встал на орбиту Центра Империи, Темный Лорд получил сообщение из личной канцелярии Палпатина, гласившее, в какое время ему следует явиться на аудиенцию к Его Величеству.
Конечно, старый черт прекрасно знает, где его ученик. И Сила тут не причем… Даже сейчас – наверняка знает, что Вейдер уже поднимается по ступенькам к Мраморному залу.
«А это что за парень? Я его раньше не видел в числе адъютантов...»
Навстречу Темному Лорду шло серенькое пришибленное существо. Не то шпион, не то секретарь, не то еще что. Безликое и безличное одновременно. Наверно, Палпатину сейчас такие по душе. Соответствуют настроению. Будем ориентироваться на настроение?
- Его Величество ждет вас, Лорд Вейдер, - сказало существо.
Вейдер легко взмахнул рукой, и дверь отъехала в сторону, обнажив роскошные барельефы у самого входа в зал. Не ждать же, когда этот жалкий секретаришка галантно раскланяется, впуская его внутрь. Тоже мне, почетный эскорт.
Проверяя на прочность звенья логической цепочки, Темный Лорд приходил к выводу, что во всей беспинской афере светилось только одно слабое место, но и оно никак не указывало на прямую связь Лорда Империи с повстанцами. Мятежники сбежали сами, и никакие ушлые контрразведчики не сумеют доказать, что Вейдер был обязан распылить «Сокол» на молекулы, а не отключать гипердрайв. Ха, а ну как там содержалось что-нибудь еще? Корабль-то шел с самой повстанческой базы... Ладно, от этого-то он точно отвертится, а прочие детали побега, наподобие героической истерики Кальриссиана – не его вина. И Беспин он как-то ненавязчиво и грамотно к Империи сумел присоединить. Планетка, кстати, очень неплохая с точки зрения газовой промышленности. Надо будет это подчеркнуть в докладе...
Посмотрим, что там.
В зале перед троном Императора серой кучкой собрались те самые дипломаты. Да-да, те самые... Город в Облаках можно на время выкинуть из головы – разговор пойдет о свершениях Мадина на почве тонкой политики. И ему самому придется рассчитывать только на одно – удачную импровизацию. Не то чтобы он не думал раньше о своих объяснениях, но, учитывая обстоятельства, его срочный вызов сюда обещал принести массу неожиданностей. По одной простой причине – вот уже полторы недели как Вейдер не получал от Мадина никаких вестей. Уничтожен контрразвездкой? Взят в плен и удерживается в имперских застенках? Сбежал, бросив задачу с мон-каламари на произвол судьбы? Любой вариант мог объяснить все и сразу, и любой вариант означал одно – крах.
Первое, что он заметил сейчас – Мадина среди членов дипломатической команды не было.
Второе – посланники Империи были немного не в себе.
Темный Лорд на миг задумался, зачем его самого вызвали сюда – отчитывать за предполагаемые оплошности Мадина или, наоборот, попугать оставшихся дипломатов.
Он остановился на середине зала, преклонив колено. Как никак, строгий прием. Может, к капризам Императора и нужно было приспосабливаться каждый день заново, но протокол все-таки надо соблюдать.
Второй советник по экономике, входивший в состав делегации, слегка поморщился, глядя на Вейдера. Этот пожилой генерал в отставке был одним из тех, кто безоговорочно поддерживал Палпатина еще во времена Старой Республики, и сейчас он единственный не испытывал страха.
- Мы все рады видеть вас, друг мой, - произнес Император, жестом приказав младшему ситху встать и подойти к трону. – Генерал Халланс, доложите о своих успехах Лорду Вейдеру.
Халланс церемонно выдвинулся вперед.
- Лорд Вейдер, я должен сообщить, что генерал Мадин оказался предателем, - сказал Халланс.
Темный Лорд насторожился и сконцентрировался. Ментальные щиты, годами защищавшие его от посягательств повелителя, не должна была пробить ни одна новость. Даже, если сейчас ему скажут, что Палпатин уходит на пенсию, и объявил демократические выборы на пост главы государства. Или же что Татуин превратился в планету-океан. А уж с новостью о каламари он справится.
Ну, так что там с Мадином, почему этот Халланс все еще медлит...
- Мон-каламари остановили переговоры, отвергнув все наши предложения.
Вейдер мысленно поблагодарил свой респиратор, скрывший глубокий вздох и спросил:
- Как они аргументировали свое решение?
- Лорд Вейдер, надеюсь, вы позволите мне пропустить все эти замысловатые изыски, которыми изобиловал их официальный ответ. Мон-каламари недвусмысленно намекнули на то, что предпочитают нейтралитет союзу с государством, которое до сих пор не может навести порядок у себя дома. Они дали понять, что в будущем, после нашей победы над Альянсом этот союз станет возможным.
Вейдер даже подивился той твердости, с которой были сказаны прозвучавшие слова. Может быть поэтому именно Халланс, и никто другой сейчас ответствовал перед Императором. Догадку Темного Лорда подтвердили жалкие лица остальной придворно-дипломатической челяди.
- То есть вы вернулись к статусу кво, Халланс? – задумчиво протянул младший ситх. – Есть что-нибудь еще, что я должен знать?
- Лорд Вейдер, мы располагаем достоверными сведениями, согласно которым мон-каламари встали на сторону Альянса. Нам также удалось установить, что Мадин неофициально встречался с представителями контрделегации. За день до конца переговоров он бесследно исчез.
Судя по ощущениям в Силе, офицер говорил чистую правду...
«Ай да генерал... Жаль, что все хвосты не убрал, но и то хорошо, что скрыться сумел...»
- Что вы скажете на это, Лорд Вейдер? – спросил Император.
- Предательство генерала Мадина должно быть и будет наказано. Я сделаю все возможное, чтобы военная разведка Империи выследила этого...
- О том, кого ваша разведка так и не смогла ни выследить, ни арестовать, мы еще поговорим, Лорд Вейдер.
Повеяло колючей стужей. Вейдер проглотил упрек и чуть более покорным тоном произнес:
- В таком случае я жду ваших распоряжений, мой повелитель.
Император сверкнул желтым огоньком в глазах, неприятно покосившись на ученика.
- Генерал Халланс?
- Ваше Величество, больше всего на свете я желал бы разбить каламари на их же территории, - последовал незамедлительный, словно заученный ответ. - Мы сделаем все, что зависит от нас. Для атаки системы я бы задействовал весь имперский флот, если понадобится... Я считаю, что флот должен выступить уже сейчас!
После этой фразы старый аристократичный вояка мгновенно перестал нравиться Темному Лорду, и сейчас он испытывал острое желание поставить Халланса на место. Распоряжаться армией в обход главнокомандующего? Замечательные амбиции. Один такой уже был – все, хватит с него и гранд-моффа Таркина. Вейдер решил вмешаться, пока не поздно:
- Мой повелитель, могу ли я задать генералу пару дополнительных вопросов?
Император одобрительно кивнул. Предвкушая неплохое шоу.
- Генерал Халланс, насколько отвечают истине ваши достоверные сведения о контакте Мон-Каламари и Альянса? – спросил Вейдер, нарочно делая неприятный акцент на слове «достоверный».
Халланс снова поморщился.
- Контрразведка получила доказательства переброски истребителей к одной из планет, правительство которой сотрудничает с Альянсом.
- Переброска истребителей? Так они задержали грузовой корабль? Или целый крейсер? Наша контрразведка пиратствует? – насмешливо продолжал Темный Лорд, внезапно переходя на более требовательный тон. – Я хотел бы получить все холоматериалы. И желательно уже сегодня, чтобы сделать выводы.
- Должен сказать, что не располагаю прямыми доказательствами, Лорд Вейдер.
- А какими располагаете, генерал?
- Мофф Соуди курирует контрразведку Средних территорий. Именно он сообщил мне об одной операции, в ходе которой и были получены эти сведения.
- Тогда я желаю, чтобы мофф Соуди предоставил мне все полученные свидетельства. После тщательного анализа данных мы решим, имеют ли мон-каламари какое-либо отношение к Альянсу. Насколько я знаю, два месяца назад мон-каламари не приняли условия повстанцев. Если ваш печальный результат и заставляет меня сделать какие-то выводы, то, скорее, не о тайных происках мятежников, а о том, сколь правильную стратегию в переговорах выбрали вы.
Темный Лорд был абсолютно уверен, что доказательства транспортировки кораблей каламари к базам повстанцев по меньшей мере сфабрикованы, если вообще существовали. Несмотря на успех Мадина, так быстро наладить связь между Альянсом и Мон-Каламари было бы просто невозможно. То, что в любой государственной неудаче были виноваты повстанцы, уже давно сделалось неизменной отправной точкой любых придворных объяснений. И в этой ситуации ему самому было крайне невыгодно так рано светить Альянс. Корабли каламари он считал возможным использовать лишь в каком-либо значительном сражении, чтобы создать неожиданный перевес в сторону Восстания. Тем не менее, сам он почти не сомневался, что начало сотрудничеству мон-каламари и повстанцев положено. Он это чувствовал, и у него были все основания доверять своей интуиции.
Генерал, кажется, хотел возразить, но угроза в тоне ситха заставила его осечься и сдержать раздражение.
- Простите, Лорд Вейдер. Но, разве получив дополнительные доказательства предательства Мадина, мы не можем атаковать сразу? С тем чтобы разгромить флот этих нелюдей вместе с их верфями и сделать то, что должны были сделать уже давно – присоединить планетарную систему к Империи!
- Генерал Халланс, вы так и не определились в своих интересах. Вы только что предложили осуществить две противоположные по сути цели – уничтожить верфи и флот каламари и присоединить их к Империи. Если вы уничтожите флот и даже сохраните при этом верфи целыми, на постройку новых кораблей уйдут года… Так у нас и так есть свой Фондор. А если вы уничтожите и то, и другое – зачем государству еще одна жалкая планетка с убитой экономикой? Для того чтобы оппозиция составила новый доклад со списком систем, живущих за чертой бедности, а Мон Мотма похвалялась этой бумажкой?
- Империя должна продемонстрировать каламари свою силу!
- А вы можете хотя бы приблизительно оценить, сколько кораблей потребуется для того, чтобы все прошло гладко? Или вы считаете, что затяжная военная кампания с блеском покажет нашу мощь?
Вейдеру хотелось, чтобы его противник еще раз повторил свое пышное заявление, и генерал попался на эту удочку. В отличие от Темного Лорда, который высказывал свои обвинения нарочито холодным тоном, Халланс выпустил на волю всю свою имперскую гордость и выплюнул:
- Да хоть весь флот!
- Весь флот? Халланс, вы собираетесь оставить центральные планеты и военные базы без защиты от мятежников? Вы представляете, сколько времени займет передислоцирование эскадр?
Теперь уже вмешался сам Император, и его не менее едкий голосок заставил Темного Лорда прекратить учиненный им допрос генерала.
- Вейдер. Готов ли ваш флот выступить сейчас же?
- Да, мой повелитель. Мы можем выступить даже сегодня. Единственное условие – по пути на Мон-Каламари нам придется посетить Фондор, где как минимум четыре «разрушителя» должны будут пройти необходимый ремонт, и где мы получим полный комплект СИД-истребителей, перехватчиков и бомбардировщиков. Затем я также планирую посетить Кариду и Камино для пополнения личного состава...
- Ясно, - оборвал его Император и затем, незаметно нажимая кнопку консоли на подлокотнике кресла-трона, неожиданно добавил. - Все свободны.
Халланс все еще кипел недовольством. Вейдер и бывшие дипломаты, откланявшись, отступили к открывшемуся боковому выходу. Зубчатые створки искусно спрятанной в нише Мраморного Зала двери вдруг сверкнули пастью неведомого хищника. Бросив быстрый взгляд в виднеющийся издали темноватый дворцовый коридор, Темный Лорд заметил в глубине его недвусмысленное наличие большого количества императорских гвардейцев.
- А вас, Вейдер, я попрошу остаться.
Лицо Императора приобретает странное выражение. Вернее, на нем одна за другой сменяются несколько масок – презрение, отвращение, гнев, ненависть. Последняя легкоразличимая маска – злорадство, а затем все они стремительно перемешиваются в гибельном танце ярости.
- Вейдер!
Он инстинктивно меряет глазами расстояние до двери – всего-то несколько шагов до спасения.
- Я знаю, кто этот неуловимый резидент Альянса.
Спасения не будет.
Уже вполне осознанно он поворачивается обратно к повелителю, чтобы в последний раз встретить его взгляд. Потому что в следующее мгновение с пальцев Палпатина срывается смерть.
Молнии облекают его фигуру призрачным синим одеянием. Следующий разряд сбивает его с ног. Император подходит ближе. Хочется застонать... нет, он не доставит ситху такого удовольствия.
- А сейчас, Скайуокер, ты умрешь!
Респиратор втягивает в легкие острый запах горелых проводов доспеха. Костюм уже проплавился в нескольких местах, плотно прилегающая маска становится нестерпимо горяча, но сил стянуть ее уже нет...
Ситх нарочно концентрирует интенсивные разряды на руках лжеученика – они не закрыты броней, и обожженными ладонями он себя не защитит.
Постепенно боль отступает, и на ее место приходит темнота...
- Ваш каф, прошу.
«Здорово, что это был только очередной идиотский сон», - подумал Вейдер, кивком отвечая официанту, водрузившему перед ним изящную маленькую чашечку на столь же изящном блюдечке.
Положив ногу на ногу, он снова повернул голову в сторону пустующей, залитой дождем террасы. Когда-то давно из всех цветов лишь песочно-желтые татуинские оттенки вызывали у него неприязнь, но, прожив немало лет на Корусканте, он сделал другой вывод – на свете нет ничего хуже серого уныния. Настроенная вокруг планеты метеорологическая спутниковая сеть была призвана контролировать погоду столицы, но во время сезона дождей не раз давала сбой. Особенно, если речь шла не о правительственных районах. Вот и сейчас – солнце, словно навеки заточенное в тюрьме угрюмых облаков, смирилось со своей судьбой. Потускневший вид Центра Империи моментально потеснил из воспоминаний все удивительные краски Беспина. Вернее, от них и так осталась лишь ядовитая смесь оранжевых дымных облаков и красных капель крови на полотне памяти...
Главное, что он уже сумел отправить дроида к корускантскому связнику. И лучше не думать, через сколько дней Мотма получит сведения о новой Звезде Смерти, и сколько недель уйдет у ботанов на то, чтобы точно вычислить местоположение тайной имперской базы.
Они смогут. И от него это не зависит. У него есть свои проблемы. Например, Палпатин. Сколько месяцев пройдет до того дня, пока его бредовый сон не станет явью? А он должен успеть переиграть своего повелителя.
Темный Лорд повертел чашечку в руке, любуясь игрой света на отполированных гранях корускантского жадеита – один из немногих полудрагоценных камней, которые до сих пор добывали в Центре Империи. Приятный, но не обжигающий жар темно-коричневого напитка растекся по телу, прогоняя остатки почти забывшейся утренней головной боли. Несмотря на отличительный пряный аромат, появившийся во рту привкус обнаружил какую-то тонко замаскированную фальшь. Вейдер недовольно поджал губы, решив, что вследствие редкости и чрезвычайной дороговизны запасов спиртного с уничтоженной планеты, в этом заведении принято экономить на альдераанском компоненте. И, соответственно, компенсировать свойства оригинала добавкой дешевого местного брэнди и подходящих по вкусу специй. Ну, или же бармен посредством такой экономии каждый месяц оставляет бутылочку-другую раритета себе любимому. То есть золоченый корускантский престиж по существу ничем не отличается от последних татуинских кабаков...
«А ведь не твое это дело, Энекин».
Не его, это точно. Вот так – он послал донесение для Мон и, фактически, сбежал из Дворца. Зачем? Послать все к ситху? Пощекотать нервы? Освежить голову? Отдать дань прошлому, потому что планы исполнены и круг замкнулся. Наверное...
Люку удалось скрыться... Пусть. Да, не будет тайного союза Главнокомандующего Империи и Героя Восстания. А он успел даже полюбить этого наивного и столь нелепого в своей ненадуманной храбрости человечка – своего сына. Настолько, что память об этом единичном столкновении стала постоянно подкатывавшимся к горлу комком боли. Настолько, что хотелось задать дурацкий вопрос «а будущее будет?» и верить в невозможность отрицательного ответа.
Не будет и энной по счету встречи с принцессой. Может, и хорошо – сведений о местоположении «Раба» и его хозяина попросту нет. Фетт должен был появиться на флагмане практически сразу после вылета с Беспина, и если это по какой-то причине не удавалось, ему следовало немедленно связаться с Вейдером. Но охотник за головами начисто пропал из поля зрения, а свою обычную комм-линковую частоту использовать прекратил. Темный Лорд подумал, что никогда не предусматривал сбоя именно в этом звене рабочей цепочки. Ранее он мог положиться на Фетта как на самого себя. Да, на Беспине охотник за головами вел себя странновато, но он же вообще не совсем вписывается в привычную канву поведения. А что, если Боба и впрямь пошел против него, руководствуясь, к примеру, жадностью? Неправдоподобно, но...
В конце концов, он может обвинить агента в краже ценных документов с «Экзекъютора» и передать это дело имперской военной разведке. Слишком уж заметная личность и Фетт, и сам Соло... если, конечно, проклятый бандит еще жив.
«Проклятый бандит, в которого угораздило влюбиться твою дочь», - подумалось ему.
Дверь зала раскрылась, и внутрь ввалилась компания из четырех человек, принеся в чинную обстановку претенциозно солидного заведения какой-то почти неслышный, забытый шум жизни.
Давно ему не приходилось наблюдать за людьми вот так. На военные корабли не принято брать с собой женщин и детей, а помпезные дворцовые сходки моффов с высокомерными супругами и спесивыми до отвращения отпрысками из разряда золотой молодежи создавали впечатление стайки хищников, которые выползли из одного логова и до поры до времени охотятся вместе.
Они расселись за столом неподалеку от Темного Лорда, и Вейдер мог прекрасно различать каждого. Двое родителей и почти взрослые дети. Лет шестнадцать-семнадцать. Брат и сестра.
Чуть полноватая женщина и сухонький мужчина, на полторы головы ниже его. Зато дети, как на подбор, стройные и высокие. Смешливая девушка с рыжими волосами больше походила на мать, а темноволосый смуглый парень унаследовал черты лица от обоих родителей.
Вот девушка с напускной кокетливостью задрала носик, вот отец семейства принялся рассказывать какую-то веселую историю... Судя по доносившимся обрывкам разговора – решили отметить поступление сына в Имперскую художественную академию. Во взгляде скромного юноши и впрямь проскальзывал какой-то невидимый отпечаток вдохновения.
Семья. Причем счастливая.
Вейдер упрямо отвел взгляд в сторону – как будто отодрал ссохшиеся бинты от раны. И возвратился к изучению узора на чашечке. Жадеитовый зигзаг снова и снова сползал сверху вниз, обвивая тонкий фарфор искрящимся кружевом.
Он даже не представлял, сколь много зависти и боли может породить в нем такое вот наблюдение за случайно встретившимися ему людьми.
Боковая дверь зала сомкнула воедино широкие створки, поделив маленький мирок на живых и тех, кому оставалось жить всего несколько секунд. Правда, в данный момент Вейдер и сам не был исполнен уверенности в том, чем кончится их предстоящий разговор.
По спрятанному в капюшоне лицу Императора скользили безумные тени. Или тени безумия? Пока Палпатин разговаривал с дипломатами, он все еще хранил завидное ледяное спокойствие и, если бы не внешняя дряхлость, даже походил на себя самого, каким он был лет двадцать назад. Наконец, расположив руки на подлокотниках трона, старший ситх чуть подался вперед и произнес:
- Я уверен, Вейдер, что ты хочешь сказать мне что-то еще.
- Да, мой повелитель, - мгновенно отреагировал Темный Лорд. - Законная власть на Беспине полностью восстановлена. По моему приказу в системе оставлены два «звездных разрушителя» класса «Император» и наземный гарнизон.
Он прекрасно понимал, что Палпатина интересует далеко не это. Повелитель всегда любил начинать разговоры издалека, мелочными претензиями изводя изрядную долю сил противника, но сейчас привычки ситха были на пользу Вейдеру. Затеяв разговор о Городе-в-Облаках, он попросту тянул время, чтобы успеть понять – чего на самом деле ждет от него Император.
- Ты бы лучше рассказал, какая участь постигла мятежников, которых ты так старался арестовать, - въедливым тоном заметил Палпатин.
- Мой повелитель, к капитану Хэну Соло применены непосредственные меры воздействия. Остальным задержанным удалось избегнуть законных последствий их террористической деятельности. Администратор города, бандит Кальриссиан, которого я лишил власти, в последний момент помог им...
- Вейдер, мне вовсе неинтересны их имена, - прервал его Палпатин. - Кроме тех двух, которые ты еще не упомянул. Объясни мне, почему ты вот уже второй раз упускаешь Лею Органу?
Старший ситх приторно улыбнулся.
- Мне жаль, повелитель.
- А тебе не кажется, что еще немного, и твоим девизом станет «хотели как лучше, а получилось, как всегда»?
Это был риторический вопрос. Император продолжал гримасничать, и Темный Лорд предпочёл ответить гротескным жестом – виновато наклонил голову в шлеме.
- Мне нужна эффективность. Особенно сейчас. И не только в муштровке армии и разработке военных кораблей, но и по отношению к врагам народа! – зашипел Палпатин. - Дальше, Вейдер. Как получилось, что ты не смог арестовать этого... пацана?
- Я решил испытать Скайуокера в поединке. Простите мой банальный интерес, повелитель, но я должен был узнать, кто перед нами и насколько он опасен. Как и предполагалось ранее, мальчишка владеет минимальными навыками обращения с Силой. Я ранил его, отрубив ему кисть правой руки. Тогда же я сказал ему, кто его настоящий отец.
- И он поверил? – вкрадчиво спросил Император.
- Да, мой повелитель. Я почувствовал это.
- Ах, ну конечно, ты почувствовал... Какая славная идиллия... Ну что ж, продолжай.
- Чтобы выманить его с платформы, где он попытался скрыться, я предложил ему присоединиться ко мне. Устроить заговор против вас, завершить военный конфликт и разделить власть. Скайуокер спрыгнул в шахту и чудом уцелел. Сбежавшие мятежники успели вытащить его до того, как это сделал я.
Вейдеру вдруг показалось, что он говорит не о себе. Это какая-то другая, чуждая ему история. Настоящую историю того жестокого откровения не сможет ранить никакой злобный сарказм.
- Заговор, перемирие, власть... Понимаешь, Вейдер – это талантливо и одновременно бездарно. Уровень приключенческого романа, но не уровень политика. Ну, посуди сам – ты же предложил власть и могущество глупому татуинскому мальчишке.
- Мой повелитель, вам ли не знать, что татуинские мальчишки бывают разными?
Повелитель пристально взглянул на ученика.
- Я знаю, Вейдер. Но как это должно было подействовать на него после всей пропаганды повстанцев, которой он непременно наслушался? Зачем ему перемирие, когда он мечтает разгромить Империю вторым метким выстрелом? Или власть? Когда он всё еще грезит о демократии, разве нет? - Император на миг остановился, глядя куда-то вдаль. – Ты помнишь лозунг кореллианского восстания, направленного против их короля, как его там, Куарта Четвертого? «Свобода, Равенство, Братство». Это было тысячу лет назад, мой мальчик. Та Империя и те повстанцы канули в лету, а лозунг остался. Такова истинная сила слова. Никогда не забывай об этом, Вейдер. Особенно, когда в следующий раз будешь раздавать обещания вроде «он присоединится к нам или умрет».
В Мраморном Зале повисла гнетущая тишина.
Холозапись всего поединка Император просмотрел, наверно, раз пять. Проанализировал все, что можно было проанализировать. Более того, Сидиус, когда-то прекрасно владевший мечом, на всякий случай вызвал одного из своих наиболее доверенных контрразведчиков, бывшего еще и большим спецом в фехтовании. Только для того, чтобы подтвердить свое уже сложившееся мнение – Темный Лорд играл с юным джедаем, как кошка с мышкой. Но при этом он, как мог, щадил Скайуокера.
Палпатин следил за тем, какие слова подбирал Вейдер, и с какой интонацией он их произносил. То, что младший ситх фактически замыслил государственную измену, в целом не тревожило его... Для воина Тьмы стремление превзойти и победить Учителя – норма. Хуже, если такие желания отсутствуют напрочь. С другой стороны, Палпатин давно решил, что трон Империи должен принадлежать лишь ему одному. Он предчувствовал, что вместе с его уходом все рухнет, но никогда не делился своими предположениями с кем-либо из слуг. Незыблемая приверженность традициям ситхов, считал он, важнее самой Империи. Что толку, если на трон взойдет какой-нибудь адмирал или сенатор? Нет. Империя должна была стать истинным Храмом древнего Учения. Правило Двух, в которое никак не вписывался недоученный джедай, – его единым Законом, а Сила – воинством и сторожем этого Храма. И сама Сила, казалось, была с ним согласна – ибо исполняла все его желания. Она сделала его самым могущественным из всех живых существ в Галактике, она вознесла его на трон и она же даровала ему бессмертие. Он знал, что Сила подчинялась лишь тому, кто требовал от нее невозможного. И кто имел смелость на то, чтобы вырвать у нее это невозможное! Так зачем отказываться от вечной жизни? И ради кого уходить в небытие – ради сынка Скайуокера? Оставив на троне его папашу, который пожалел никуда не годного слюнявого недоросля?
Палпатин задумался, и едва не пропустил мимо ушей момент, когда Вейдер необычно тихим голосом промолвил:
- Вы правы, мой повелитель.
- Я подумаю, что с ним делать дальше, и нужен ли он нам. А пока что я запрещаю тебе разыскивать его.
- Как пожелаете.
- И вот еще что. Контрразведка наблюдает за Альянсом изнутри... Чем больше планетарных систем привлекают в свои ряды повстанцы, тем проще становится внедрять туда наших шпионов, - назидательно сказал Палпатин. – И, мой дорогой друг, если ты снова нарушишь приказ, Скайуокер... – Император замер. Скорчив отвратительную гримасу притворной жалости, он развел руками и закончил фразу трогательно-сострадательным тоном, - будет уничтожен.
Тем суровей полились жесткие слова приговора.
- И будет уничтожен мгновенно! Обратить его на нашу сторону, быть может, и нелегко – а вот ликвидировать несложно. У меня есть много людей, по-настоящему верных и преданных идеалам моего государства, которые справятся с этой задачей лучше тебя. Запомни, Вейдер, что сохранность его нелепой жизни сейчас гарантирует лишь твое невмешательство в это дело.
- Да, мой повелитель.
Темный Лорд приготовился раскланяться, но Император все также медлил с решением отпустить его. Тетива с не выпущенной ядовитой стрелой натянулась еще одной долгой паузой. Наконец, властитель Галактики с необыкновенной для своего возраста легкостью вскочил с трона и, постояв пару минут около гигантского панорамного окна, вновь повернулся к ученику.
- И еще, Вейдер. У тебя есть какая-нибудь версия происходящего на Мон-Каламари?
Темный Лорд ждал этого вопроса еще два месяца тому назад. И уже тогда, на случай успешного исхода операции, у него был заготовлен ответ.
- Мой повелитель, все, что мы знаем – это то, что благодаря покровительству Уиллхуфа Таркина генерал Мадин обладал хорошими связями в высших кругах. В связи с этим его так называмое добровольное отстранение от множества дел, включая якобы потерянный интерес к карьере в результате несчастного случая с его семьей, выглядят очень подозрительно для военного его уровня.
Вейдер подумал, что и так достаточно рассказал о личных тайнах Мадина, а настоящую причину его предательства он все-таки выдавать не станет. В конце концов, прославленная контрразведка Палпатина могла бы докопаться до этого и без его помощи.
- Дальше, - приказал ситх.
- Если генерал Мадин намеренно сорвал переговоры Империи с Мон-Каламари, я делаю из этого одно-единственное заключение – он и есть тот самый резидент Альянса в высших кругах Империи, которого мы ищем в течение нескольких месяцев.
Лицо Императора слегка посерело, и он сделал какой-то неровный шаг вперед.
- Ах так... Скажи, Вейдер, у тебя раньше тоже были подобные подозрения?
- Да, мой повелитель.
- Тогда какого… - Палпатин едва не употребил грубое набуанское словечко, - ты ввел его в команду?
Ему показалось, или на скрюченных пальцах Императора проблеснула синяя искорка?
- Я полагал, что Халланс и остальные сумеют распознать истинную сущность Мадина ранее, чем он нанесет вред, а переговоры станут индикатором верности...
Первая молния ударила под ноги. Вторая прошла где-то сбоку.
Вейдер не шелохнулся. Ну да, такого до сих пор не бывало. Как бы не злился повелитель на его неудачи в последние годы, до физических наказаний дело не доходило. Впрочем, не дойдет и сейчас. Вот только если он дернется, Император, скорее всего, рассвирепеет еще больше, молния ударит в доспех... а это будет чревато короткими замыканиями и прочими прелестями неполадок с электрическими контурами.
На миг мелькнула перед глазами картинка из прошлого – представление, которое лет двадцать пять назад он видел на нижних уровнях Корусканта. Родианец ловко метал ножи в свою напарницу-твилечку, и клинки один за другим вонзались в доску за ее спиной в миллиметрах от тела. Цирк, да и только...
- Кто. Тебе. Это. Разрешил? – процедил Император, капля за каплей выдавливая свой яд.
Ну что ж, оправданий у него особо и не было.
- Но ведь вы сами, повелитель, приказали мне использовать Мадина в этих переговорах.
Сморщенные черты лица Палпатина исказились до крайности, и Темный Лорд понял, что теперь он точно преступил границу допустимого. Мощный синий разряд прошил воздух слева от головы, едва не оцарапав шлем, и Вейдер с трудом удержался от того, чтобы не активировать сейбер.
«Стой... Это будет открытый вызов. А, по-моему, монументальное сражение с Врагом в распорядке сегодняшнего рабочего дня не значилось».
Но рука сама тянулась к оружию, призывая его вступить в бой и раз и навсегда покончить с Императором. Это было страшное по силе желание, и Темный Лорд не мог понять, чье оно на самом деле – порождение его поединка, затянувшегося на двадцать лет или же еще одно умелое искушение Палпатина.
Всего один удар – и он достигнет цели. Ведь он и так сделал почти все. Флот, который подчиняется лично ему и без проблем войдет в состав нового государства. Опытнейшие имперские военачальники, которые никогда не считали бомбежку мирных планет делом чести, прекрасно понимая, что сам Альянс ни разу не нападал на военные базы первым, а лишь обеспечивал защиту независимых систем от экспансионных посягательств. В Империи существовало великое множество порядочных людей – тех, кому смертельно надоел старый ситх и его когорта. И не ради предательства и банального военного переворота они встанут на его сторону – ради изменений и реформ. Ради исполнения той мечты, из-за которой они поддержали Императора двадцать лет назад, и которую этот же самый Император едва не похоронил под обломками Звезды Смерти вместе с таркиновской доктриной страха. С такими сторонниками реально будет построить нормальное сильное государство без грубых тоталитарных замашек. В меру демократичное и в меру централизованное. Нет, не на руинах Империи – на ее хорошо отлаженных механизмах и своем влиянии.
Ибо теперь стало возможным то, что не было возможным два десятка лет назад.
Энекин Скайуокер научился играть по правилам и может их изменить.
Проблемой, по большому счету, остается только обласканный вниманием Палпатина Корускант. Столица, одна часть населения которой до предела затравлена облавами, доносами, репрессиями и прочими излюбленными приемами тайной полиции, а другая являет собой комплект боевых фигур на шахматной доске Императора, сдастся только тогда, когда свое мнение о могуществе Палпатина выскажет остальная часть Галактики. А для этого нужно вызвать цепную реакцию, начиная с нескольких периферийных точек.
Если он нанесет удар сейчас...
Нет. Не так он это планировал. Сначала Мон должна непременно получить найденные Феттом данные о второй Звезде Смерти. Если существует хоть неимоверно крошечная опасность повторения чудовищной истории с Альдерааном, спешить нельзя. И включать сейбер сейчас – тоже нельзя.
Вейдер призвал Силу, начиная осторожно собирать защитное поле вокруг себя. Он все же успеет поставить обыкновенный смягчающий блок. До того, как молния стукнет ему в грудь.
- Мой повелитель, я действительно не имел никаких доказательств своим подозрениям...
В ответ на мягкий, невозмутимый тон Темного Лорда Император чуть опустил кисти рук. Примерно минуту учитель и ученик неотрывно смотрели друг на друга. Ни маска Вейдера, ни что другое не мешало им ощущать взгляд в Силе. Синие глаза одного и желтые немигающие огоньки на лице другого. Хладнокровие, стальная выдержка с одной стороны, и разрушительное пламя – с другой.
- Прикажете флоту выступить к Мон-Каламари или же продолжить поиски баз Альянса?
Палпатин словно стряхнул с себя какую-то одержимость и, слегка приосанившись, торжественно заявил:
- Нет. Эта жалкая история с каламари меня больше не интересует. Скоро, Вейдер, мы закончим строительство второй Звезды Смерти. Это станция небывалой мощности! Мы сотрем Альянс в пыль одним ударом!
Ну, вот и хорошо. Он знал, что повелитель скажет именно это. Иначе никогда не предложил бы начать военные действия. Если бы в этой Галактике кто-нибудь попробовал оценить, как много бомбежек и боевых столкновений было предотвращено подобной тактикой противоречия – он бы невероятно удивился. Далее надо было разыграть удивление. Поэтому Темный Лорд чуть импульсивно повернул голову вбок и вдруг застыл, так и не проронив ни слова.
- Твой флот должен контролировать территории у Бакуры. Там никаких повстанцев быть не должно. Используй центральные резервы, чтобы не терять времени у Фондора.
- Мой повелитель, чтобы разумно дислоцировать корабли, мне нужно знать…
- Тебе не нужно знать, где строится станция. И еще – военная разведка тебе больше не подчиняется. Можешь идти.
- Да, мой повелитель.
Младший ситх поклонился и, развернувшись, быстро пошел к главному входу, смутно надеясь, что в спину ему не прилетит электрический разряд, и одновременно пытаясь подсчитать, сколько раз за время визита он произнес «мой повелитель».
Неожиданно он опять услышал голос Императора. Оглянувшись, Темный Лорд увидел, что Палпатин все еще стоит на том же самом месте.
- Так вот, Вейдер. Я не верю, что этот дистрофичный генерал с козлиной бородкой и есть тот самый пресловутый резидент Альянса. Не верю. А вот в то, что наш неуловимый резидент и в самом деле повлиял на исход переговоров – верю. И мы выясним, кто он такой, правда, Вейдер?
- Да, мой повелитель.
Темный Лорд уже подошел к передней двери зала. Нарушая этикет, он вновь обернулся и, подражая самому Палпатину, елейным тоном произнес:
- Я обещаю, что вы непременно узнаете, кто этот резидент, мой повелитель.
«Надо будет отправить Мон еще одну шифровку – пусть старательно последит за теми, кто попытается сблизиться с Люком».
Это все, чем он может ему помочь на данный момент.
Мысль о новой опале не тревожила его. В военной разведке все равно остаются люди, которые будут продолжать работать на него. В том числе, можно будет подсунуть им дело Фетта и Соло. С охотником они не справятся – не тот калибр. Но найдут и выследят. Это они умеют.
Остальное – позже. Теперь нужно всего-навсего дождаться, когда зверь выйдет из логова. Осторожно, не торопя события. И тогда – добить зверя.
Оставив на столике плату вместе с приличными чаевыми, Вейдер прошествовал по направлению к выходу. Стараясь избегать взглядов идущих ему навстречу посетителей ресторана, он по широкой лестнице сошел вниз к стоянке. Дверь раскрылась, и в глаза вдруг брызнул яркий ослепительный свет.
К его удивлению, на блестящем дюрастале небоскребов весело играли блики радуги. Любимый город ожил. Ливень кончился, и сквозь белые косматые облака ему улыбалось солнце.
|