<< 

Адмирал принимает неожиданное решение


Лисса


Таймлайн: после эпизода 5

Где–то в космосе

Вот уже две томительные недели «Эскадрон смерти» бесцельно летал по маршруту от Хота до Беспина, безуспешно пытаясь найти следы беглого «Сокола»... ну или хотя бы – повстанцев. С точки зрения нового адмирала, Лорд Вейдер принял побег мятежников в Облачном городе крайне стоически. Пиетт сильно подозревал, что весь запал грозного ситха ушел на эффектную (хоть и быструю) казнь провинившегося Оззеля и куда менее зрелищную (но крайне выматывающую) промывку мозгов после «славной победы» на Хоте. Сорел вспомнил, что речь Лорда по этому поводу начиналась словами: «Теперь, когда мы бездарно продули мятежникам», и слово «кретины» звучало в ней двадцать раз, перемежаясь с другими столь же лестными для имперцев эпитетами. Столь долгая и экспрессивная речь обычно немногословного Лорда отлично показывала, как именно «впечатлил» Палпатина их «грандиозный успех» и что именно Вейдер услышал от него о себе и своем «Эскадроне». Неудивительно, что на фоне подобных событий новое бегство неуловимого «Сокола» уже не вызвало прежней бури эмоций, хотя адмирал все же искренне ожидал парочки трупов… или – хотя бы парочки матерных слов. Но две недели – срок долгий, и Лорд успел отдохнуть, собрать вместе мысли и подозрения, и, по всем признакам, подходил к фазе: «Поиск виновных». Пиетт сознавал, что искать Вейдер долго не будет, и что он, адмирал, стоит в списке виновных на почетном втором месте… после Великой Силы.
Сорел уже тосковал, предвкушая бесславный конец его столь по–ситхски изменчивой военной карьеры, когда к нему подошел «виноватый» под номером три – генерал Вирс. Максимилиан получил тяжелейшие травмы на Хоте, и все эти долгие недели провел в медотсеке. Вероятно, столь длительное безделье было для него непосильной ношей, и всю нерастраченную энергию генерал бросил против тех, кто довел его до жизни такой. Спокойным и деловым тоном, Вирс рассказал Пиетту, что первые десять дней он мысленно по семь раз в день с удовольствием топтал базу на Хоте ногами шагающих танков, а по ночам снился себе обнимающим пульт суперлазера на «Звезде Смерти». Но к исходу первой декады безделья, жажда реванша не то, чтобы чуть поутихла – но приняла конструктивные формы. Вирс осознал, что, перед тем, как повстанцев топтать (или, положим, взрывать) их еще надо найти, и все оставшееся время незапланированного отдыха он составлял планы поисков. Их вышло ровно шестьдесят семь. Однако, генерал Вирс с сожалением отметил, что большая часть этих планов либо уже потерпела фиаско, либо, при детальном рассмотрении, была отвергнута самим Максимилианом, или же компетентными аналитиками. Но остались и неотвергнутые варианты.
Тот, о котором Вирс планировал говорить с Сорелом Пиеттом, в его списке значился под цифрой «13». Как следует поразмыслив, он решил опустить эту подробность в беседе с адмиралом, и перешел прямо к сути. По наблюдениям генерала, уровень суеверий у комсостава скачкообразно возрастал при каждом контакте с Темным Лордом, так что Пиетт априори считался а) нервным, б) свято верящим в чертовщину – например, в удушения по ГолоНету.
– Я понял, что наша беда – недостаточная информированность, – горячо убеждал Вирс Пиетта. – Нам нужен свой человек в Алиянсе, причем – не где-нибудь там, – генерал махнул рукой в сторону воображаемых Внешних регионов, а в руководстве Восстания.
– Мы пытались поймать лидеров Алиянса, – понуро ответил Пиетт. – Безуспешно и много раз.
– Мы не будем ловить уже существующих, – приосанился Вирс. – Мы внедрим к ним своего человека, – палец генерала невежливо указал на начальника. – Вас.
– По-моему, это смешно, – сказал адмирал.
– А разве у ВАС нет причин дезертировать? – поднял бровь Максимилиан. Пиетт открыл было рот – и закрыл, потому что причины как раз очень даже присутствовали. Одна большая и черная – Вейдер, и еще одна – белая и поменьше – его список виновных.
– Сначала я думал, что лучше скрывать свое имя, – продолжил генерал, – но после решил: «Что за ситх»? Никому не нужны старики наших лет без приличных регалий, а вот адмирал «Эскадрона Смерти» – это звучит. И вопросов по поводу перехода к восставшим не будет, и должность дадут посолиднее, чем младший техник в ангаре.
– А почему вы сами не сделаете подобной попытки? – подозрительно спросил адмирал.
– Здоровье, как видите, – Вирс показал на свое искалеченное тело. – К тому же, я отношусь к ним так плохо, что вряд ли смогу притворятся… не в письменном виде. Тем не менее, я уже кое-что сделал.
– И что же? – спросил Сорел, ощущая неприятный холодок, бегущий по позвоночнику.
– Я написал своему сыну, – сказал Максимилиан. – Он ведь сейчас в Алиянсе.
Пиетт вздрогнул: для Вирса это была очень большая жертва. До сего дня он даже со следователями из СИБ отказывался говорить о нем, как о живом.
– Вот это письмо.
Адмирал взял у гостя электронный блокнот, и, включив его, прочитал лаконичный текст.

Сын!
Я еще жив, если вдруг интересно. И мне точно так, как и раньше, не нравится то отребье, с которым ты водишься. Но мой лучший друг на пороге могилы, а Алиянс все же лучше, чем верная смерть. Есть у вас кто–то не слишком пустоголовый для обсуждения тонких вопросов?
М. Вирс.

– Как–то вы грубо, – сказал адмирал. – Не говорите, что рады ему, порицаете его друзей – и предъявляете ультиматум о помощи. Вряд ли ваш сын на такое ответит.
– Если бы я написал по–другому, он точно бы заподозрил неладное, – парировал Вирс. – К тому же, он уже ответил. Откройте следующий файл.

Дорогой отец!
Я рад, что ты жив, даже если это значит, что мы наподдали Империи все же не так сильно, как говорит пропаганда. Тем не менее, все люди с мозгами уже в Алиянсе, а, значит, твой друг будет в хороших руках. Я высылаю тебе файл, взятый в кадровой службе. Пусть твой приятель заполнит его и вернет мне.
П.С.: хотя – с каких пор у тебя есть приятели? Напиши уже прямо: «мой шеф решил дезертировать».

– Я понимаю, почему вам так сложно было ужиться, – резюмировал Пиетт. Вирс нахмурился – и адмирал поспешил перевести тему. – Сейчас посмотрю, что за файл.
Бланк оказался стандартным, Сорел заполнял такие уже не один раз.
– Тут есть рекомендации с прошлого места работы, – сказал он. – Кто мне их даст, Вейдер, что ли?
– Его подпись придала бы вам лишний вес.
– Генерал, вы себя слышите? Я что, должен пойти к Темному Лорду и сказать: «Мне нужна ваша рекомендация для вступления в Алиянс»?
– Меня радует то, что с самой идеей вы, похоже, согласны, – невозмутимо отозвался Вирс. – А что до ситха… ну, можно, конечно, и так. Хотя – даже не знаю, какой отзыв лучше в вашем случае, положительный или отрицательный. Как бы то ни было, вы всегда можете запросить копию своего личного дела, и посмотреть, что он там написал.
Вообще говоря, Сорел крепко сомневался, что ситх даже видел сей документ, а уж в том, что он там что–то писал… Он запросил файл, открыл его и обнаружил, что Вейдера он знает еще хуже, чем Вирса. До сего дня его назначение адмиралом объяснялось по принципу «стоял рядом с Оззелем», но из досье становилось очевидно, что с ним работали и – да – здесь присутствовали аж две рецензии: на капитана Пиетта и на Пиетта–адмирала. Причем обе – весьма положительные, хоть и не без едкой критики за чересчур либеральные отношения с подчиненными. Сорел подумал, что Алиянсу это, напротив, понравится.
– Вы и правда считаете, что это сработает? – спросил адмирал у генерала Вирса. Тот отозвался неожиданно философски.
– Попытка – не пытка.


  Карта сайта | Медиа  Статьи | Арт | Фикшен | Ссылки | Клуб | Форум | Наши миры

DeadMorozz © was here ™